29 заметок с тегом

мысли

Трагедия 17 октября

17 октября произошло страшное. Погибло 53 человека: они попали в ДТП на дорогах России.

Это не какой-то уникальный случай. Каждый день таким образом появляется 30—60 новых жертв:
16 октября — 46,
14 октября — 66,
13 октября — 55,
12 октября — 36,
11 октября — 50 и так далее.
Сентябрь унёс в ДТП или в их результате 1934 человека (64 в день), 2017 год — 19088 человек (52 в день).

Мы редко становимся очевидцами таких аварий. Зато каждый день у нас перед глазами одна из причин этого бедствия: неправильная организация дорожного движения. Я говорю про уродливые серые заборы вдоль дорог, про надземные и подземные пешеходные переходы, про многополосные дороги без островков безопасности и неадекватно настроенные светофоры. Про слишком широкие автомобильные полосы. Про слишком высокую разрешённую скорость движения на автомобиле. Про всё, опасность чего давно известна транспортной науке, но что с той или иной степенью категоричности отвергается у нас.

К сожалению, убийцей можно стать, не беря оружие или бомбу. Намного опаснее порой оказывается простая шариковая ручка.

18 октября   мысли   Правила дорожного движения

Наклейка для машин на газонах

Помните, раньше по сети гуляли видео, где молодые люди наклеивали на лобовое стекло круглые наклейки? На наклейках было написано, что водителю плевать на всех, он паркуется, где хочет. А люди эти называли себя движением «Стопхам».

Так вот сегодня во время прогулки по городу мне показалось, что идею можно модифицировать. Например:

Если клеить что-то такое на боковые двери автомобилей, обзор водителю никто закрывать не будет. Он спокойно уедет. Зато пока наклейка на месте, все будут видеть: за рулём урод. А водители, не желающие, чтобы их весь город считал уродами, не будут себя так вести.

Наклейка выполняет ещё и просветительскую функцию: объясняет, что между машинами на газоне и пылью в городе есть связь.

2018   мысли

Про «забастовку избирателей» и легитимность власти

Не буду скрывать: «забастовка избирателей» мне кажется глупой идеей. Но отдельные аргументы её сторонников мне всё время не давали покоя. Пожалуй, главный из них — если бы явка была безразлична власти, она бы так не старалась её поднять. Логично. Выглядит правдоподобно.

Но этого мало. Если власти нужна высокая явка, значит она принесёт ей какую-то пользу. Сторонники бойкота говорят: да, и польза эта — легитимность. Но нет, это же полная чушь. Сергей Собянин победил на выборах, куда пришло всего 32 % избирателей, и прекрасно мэрствует в Москве. Артур Парфёнчиков в 2017 году избрался вообще при явке в 28 %, и ничего. Да и просто вдумайтесь: «поддержка кандидата путём явки на выборы». Даже звучит бредово. А что если придут только противники этого кандидата и 100 % голосов распределятся между его оппонентами? Ничего себе поддержка. Физически можно, конечно, «подкрутить» голоса, но только в определённых пределах.

И вот сегодня я, кажется, понял.

Легитимность власти — это ведь оценка, которую ей дают избиратели. Мы с вами. Поэтому самих себя и нужно спрашивать, что по-настоящему важно для признания (непризнания) её легитимной. Я задал этот вопрос внутреннему избирателю и почти тут же нашёл ответ — настолько очевидный, настолько убедительно объясняющий всё происходящее вокруг, что даже удивительно, как не пришёл к нему раньше.

Самое важное для легитимности — абсолютное число голосов. Оно не обязательно должно быть больше 50 % от числа избирателей. Но, скажем, 22 миллиона из 110 — пожалуй, маловато. (На всенародную поддержку точно не тянет.) А если явка составит 20 %, то больше при всём желании не получится. На региональных и муниципальных выборах, как правило, нет необходимости доказывать, что имярек — народный избранник. На президентских такая необходимость есть, потому что других аргументов за продолжение нынешнего политического курса нет.

При этом, по регулярным опросам ВЦИОМа, за Путина — 69–70 %. Да что там, даже ФБК в январе прочил ему 78 %. И вот при таких вводных поставьте себя на место действующей власти, которая, вероятно, хочет сохранить своё положение. Когда вам будет важно, придут эти протестные 30 % или нет? В единственном случае — при неявке лояльного вам электората. Поэтому надо всеми силами призвать его прийти. Тогда он покажет, что существует и поддерживает именно «нужного» кандидата. И обеспечит (своей явкой и «правильным» голосованием) пресловутую легитимность. А если явятся противники власти, задавит их своей численностью.

Тут появляется Алексей Навальный и говорит: «Ах так? Власть хочет, чтобы мы пошли на выборы? Давайте назло ей не пойдём!» Ну окей. Те, кто поддерживают Путина, всё равно проголосуют. (А чтобы до этих людей не добралась агитация сторонников «бойкота избирателей», последним будут создавать максимальные сложности в распространении своих идей, особенно в офлайне. И создают.) То есть легитимность всё равно будет иметь место. А те, кто не поддерживают Путина, не придут. Тогда за него будет не ожидаемые 70 % голосов, а все 100 %. Кому от этого хуже?

Тем, кто будет жить шесть лет при этом режиме, вот кому.

Кстати, ещё неизвестно, насколько репрезентативны результаты этих соцопросов. Ведь электоральное поведение меняется очень быстро. По моим ощущениям, за продолжение нынешнего курса — меньшинство. Вполне допускаю, что если бы все убеждённые в бесполезности выборов пришли и проголосовали бы за любого кандидата, кроме действующего президента, или за наиболее близкого им по взглядам, или даже просто испортили бюллетень, то это изменило бы Россию в лучшую сторону. Но они уверены, что за них всё решили, и не ходят. И поэтому за них всё и решают. На каждых выборах. Решают те избиратели (в том числе из России 2 Сергея Шпилькина), которые голосуют.

Самое обидное, что проголосовать — это ведь не подарить квартиру или отдать кому-нибудь почку. Проголосовать не сильно сложнее, чем приготовить себе завтрак (хотя это смотря какой), и уж точно проще, чем три месяца активно призывать игнорировать выборы, а вот пользы от этого может быть намного больше. Но тут появляются какие-то высокопарные мотивы в духе «поддерживать этот балаган ниже моего достоинства», и всё опять летит к чертям.

Вообразите себе Россию, где 100 % (от явившихся, разумеется) за Путина. Вы представляете, что это будет за жесть? Не совершайте эту ошибку, не приближайте такой результат. Одуматься ещё не поздно.

2018   выборы   выборы-2018   мысли   политика

Быть самим собой

Человек — существо биосоциальное. Или биопсихосоциальное. Короче, социальное. Для него вполне нормально находиться в обществе.

Если конкретный индивид, выходя к себе подобным, меняет своё поведение, значит этому индивиду свойственно так поступать. Если не меняет, не свойственно. (Такое вообще бывает?) В обоих случаях он всё время остаётся самим собой. Так что советовать ему это — бессмысленно.

Вот вам другой пример. Лёд, вода и пар. Всё это названия одного и того же вещества, находящегося в разных условиях. В каком из агрегатных состояний оно является «самим собой»? Ответ: во всех. С человеком то же самое. Да, он более гибок, но тоже проявляет себя по-разному в зависимости от обстоятельств.

Встретил ту же в своей основе мысль в ужасной книжке Екатерины Хориковой «Как начать жить и не облажаться». Сначала даже обрадовался. На странице 26 она пишет про этот совет так:

Фраза, вполне уместная по отношению к больному с раздвоением личности, но абсолютно лишённая всякого смысла по отношению к более-менее здоровому человеку. Мы все являемся самими собой, если в острой фазе шизофрении не утверждаем, что мы Генрих VIII или его многострадальная супруга Екатерина Арагонская.

Но потом дочитал до 148-й страницы:

Не пытайтесь прыгнуть выше головы. Изменение вашего семейного положения не изменит вас. Вы можете первые пару месяцев натужно варить борщи, делать вид, что вам очень нравится поза 69, пытаться понравиться его родственникам, делать заинтересованное лицо, когда он рассказывает вам о фонеме «Ы», но по прошествии определённого времени (зависит от вашего терпения и желания) вы снова станете собой. Очень сложно оставаться собой с самого начала, но наберитесь храбрости и сделайте это.

Согласитесь, выглядит или очень глупо, или очень неуважительно.

На самом деле совет быть самим собой всегда означает что-то конкретное. В данном случае — не пытайтесь казаться лучше, чем вы есть. Я бы ещё добавил: пытайтесь становиться лучше.

2018   комильфо   мысли

Почему «забастовка избирателей» — глупая идея

25 декабря ЦИК России отказалась признавать Алексея Навального кандидатом в президенты.

Точнее говоря, отказалась регистрировать группу избирателей, созданную для поддержки самовыдвижения кандидата на должность Президента Российской Федерации Алексея Анатольевича Навального. Если бы её зарегистрировали, кандидатом имярек автоматически бы не стал — сначала нужно было собрать 300 тысяч подписей в поддержку его выдвижения. У нас дурацкое избирательное законодательство.

После этого Алексей призвал присоединяться к «забастовке избирателей». Её суть в том, чтобы прийти на избирательные участки, но не голосовать, а считать явку избирателей. Плюс к этому — призывать других сделать то же и потом не признавать выборов президента, их результатов и власть.

Вот видео, где он это говорит:

Считать явку избирателей — идея хорошая, даже полезная, а вот не голосовать в знак протеста — плохая. Потому что она сводится к формуле «отдать свой голос фавориту, чтобы фаворит не победил на выборах». По-моему, это глупо.

Адекватная стратегия протеста должна быть основана на том, как именно считается победитель. Об этом написано в части 3 статьи 76 закона о выборах президента:

Избранным считается зарегистрированный кандидат, который получил более половины голосов избирателей, принявших участие в голосовании. Число избирателей, принявших участие в голосовании, определяется по числу избирательных бюллетеней установленной формы, обнаруженных в ящиках для голосования.

То есть нормальная протестная стратегия на выборах президента может сводиться либо к голосованию за другого кандидата (конкретного или любого другого), либо к превращению бюллетеней в недействительные, либо к сочетанию этих двух стратегий. Все они ведут ко второму туру (это называется «повторное голосование», ему посвящена статья 77 закона о выборах президента):

Если в избирательный бюллетень было включено более двух зарегистрированных кандидатов и ни один из них по результатам общих выборов не был избран на должность Президента Российской Федерации, Центральная избирательная комиссия Российской Федерации назначает повторное голосование на выборах Президента Российской Федерации по двум зарегистрированным кандидатам, получившим наибольшее число голосов избирателей.

Соответственно, голосование в первом туре за альтернативного кандидата или альтернативных кандидатов влияет на то, чьё имя попадёт в бюллетень во втором. Поэтому такая стратегия, наверное, должна быть предпочтительной.

А непризнание власти, если оно не исчерпывается судами, митингами и громкими заголовками в СМИ, — вообще довольно опасная штука.

2017   выборы   выборы-2018   мысли   политика

Как вам наша еда?

Знаете же, иногда во всяких кафе, ресторанах и прочих общепитах официанты интересуются, понравилось ли то или иное блюдо. Причём, как показывает опыт, в ответ они готовы слышать только хвалебные слова. По крайней мере, я видел более-менее адекватную реакцию на критику только два раза.

В первый раз официант очень искренне (как будто это его вина, а не повара) извинился за белую нитку длиной в 2,5 ладони, которую зачем-то положили в куриный ролл. Во второй раз я признался, что японская редька не очень хорошо влияет на вкус. Тогда некая Анастасия чуть ли не посочувствовала. И как-то так складно это у неё получилось, что в итоге даже настроение поднялось. Талантище.

В остальных случаях как реагировать, официанты не знают. И всегда получается какая-то неудобная ситуация. Зачем тогда спрашивать? У меня, кстати, есть предположение: возможно, человек, нейтрально относящийся к еде, но вслух похваливший её, начинает лучше к ней относиться. А это лояльность к данному конкретному общепиту, бо́льшая вероятность последующего заказа этого же блюда или рекомендации его другим клиентам и прочие профиты для заведения.

Но иногда этот вопрос категорически неуместен. Например, в Organic Coffee у меня однажды поинтересовались, как мне их «сэндвич». В кавычки это слово заключено потому, что в литературном языке под сэндвичем (или сандвичем) понимается «бутерброд из двух ломтиков хлеба с какой-л. прослойкой», а не один ломтик хлеба с маслом и чем-либо ещё. В моём случае — с лососем.

«Дорогой, я тебе отрезала (купленный в магазине) хлеб, положила сверху (купленное в магазине) масло и (купленную в магазине) рыбу. Как тебе мои кулинарные способности?»

Какой, блин, вообще может быть ответ на вопрос «как вам сэндвич?» применительно вот к этому? Я честно ответил, что дорого. Имея в виду, что за такую цену (240 рублей, что ли) продавать кусок хлеба с маслом и лососем — это перебор. У официантки странно изменилось выражение лица, потому что она явно ожидала других слов: «Хм… Интересный ответ». Возникла неудобная ситуация. Чтобы как-то её сгладить, пришлось добавить: «Но вкусно. Но дорого. Но вкусно». Тогда она улыбнулась так, как хотела изначально. Но больше с подобными вопросами не обращалась. А ещё она меня запомнила, и когда зашёл к ним в следующий раз, в шутку предложила ещё раз этот «сэндвич». Но это другая история :)

В общем, мораль вот в чём: вопрос «как вам такое-то блюдо?» не всегда уместен, но если задаёте его, будьте готовы адекватно реагировать не только на хвалебные слова.

Пополам

Самая глупая ошибка в бизнесе, в особенности при учреждении общества с ограниченной ответственностью, — разделить доли пополам. Когда равные партнёры впоследствии не смогут договориться по какому-то бизнес-вопросу, то, скорее всего, ситуация уже будет патовой. Лучше этого не допускать.

Один из вариантов предупредить такое развитие событий — изменить пропорции. Например, у одного участника 51 % в уставном капитале, у второго — 49 %. Но это означает, что по общему правилу мнение последнего вообще никакого значения не имеет. А для тех случаев, когда имеет, ситуация опять оказывается патовой. Можно, конечно, компенсировать такую явную несправедливость, давая тому, кому досталось меньше голосов, больше прибыли при её распределении. Или должность гендиректора. Но это всё костыли. В спорный момент «главный» участник просто примет такое решение, которое считает нужным.

Мне недавно пришёл в голову другой способ выйти из подобной ситуации. Если страшное уже началось, то он, конечно, не поможет: думать надо было раньше. Но если пока в товарищах согласье есть, имеет смысл подумать о нём.

Суть решения в следующем: появляется ещё как минимум один «антикризисный» участник (для надёжности можно и больше), который получает n % в уставном капитале. Например, 2 % или 10 %. Остальные доли распределяются среди «основных» участников поровну. В «мирное время» эти участники голосуют от своего имени и, возможно, от имени «антикризисного» (тоже в равных пропорциях). А вот когда они не могут договориться, приходит он сам. Выслушивает стороны и отдаёт свои n % в пользу более убедительной аргументации.

Правда, тут сложность в том, чтобы найти такую третью сторону (или таких). И в том, чтобы это всё грамотно оформить. Самостоятельно вторым рекомендую не заниматься. Лучше обратиться к юристу.

*.docx

Меня бесит, когда мне присылают документ с расширением docx.

Почему я ненавижу Microsoft

С конторой, которая разработала этот формат, я стараюсь не связываться. По нескольким причинам.

Во-первых, компания Microsoft ограбила меня. В прямом смысле ограбила.

Я начал использовать какой-то платный онлайн-сервис. Причём, насколько помню, даже никакого договора, «ставя галочку здесь, факт ознакомления с которым вы подтверждаете», не было. Просто я зарегистрировался на соответствующем сайте, включил платную функцию, указал платёжные реквизиты, и ежемесячно платил деньги. Точнее говоря, они списывались автоматически (на языке права такой способ оплаты называется прямым дебетованием). Договор, конечно, был, но очень короткий.

Затем необходимость отпала, и я отключил платный сервис. А потом увидел, что деньги за его использование списались. Я отключил его ещё раз. Но и после этого они списывались один или два раза. Поскольку меня это не очень устраивало, я позвонил по телефону, написанному на сайте. Потратил… по моим ощущениям, на это ушло в совокупности несколько часов, хотя, возможно, всего лишь один час, но едва ли меньше — и таки попал на нужного специалиста. Который сказал мне (сейчас внимание!), что нужно было позвонить и сказать, что я отказываюсь от этого сервиса. И только тогда они его отключают и деньги перестают списывать.

Возникает вопрос: а зачем тогда вообще нужна процедура отключения платной функции, которой я воспользовался? Для каких ещё целей она может использоваться? Но если вы такие дегенераты, что не можете синхронизировать клиентскую службу (или как её там) с бухгалтерией, ну хотя бы напишите о том, что необходимо также позвонить по такому-то телефону и подтвердить отказ. Ничего этого не было. Поэтому я утверждаю: деньги списывались незаконно, в отсутствие правовых оснований для списания. На языке российского права это называется грабёж — открытое хищение чужого имущества. (Понятие «хищение» определено в примечании 1 к статье 158 Уголовного кодекса Российской Федерации: это совершённые с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Имущество в данном случае — денежные средства.) Это же мой случай.

Так что, ещё раз: компания Microsoft меня ограбила.

Разбираться я не стал, потому что по договору это должно было происходить где-то в Швейцарии. А доверять нашим правоохранительным органам такие случаи… к сожалению, они слишком некомпетентны, ни в технических, ни в юридических вопросах, чтобы нормально расследовать это преступление. Поэтому обращаться в полицию (или это была ещё милиция? не помню) я не стал.

Во-вторых, Microsoft не умеет работать с клиентами. (Не знаю, изменилось это сейчас или нет. 2 или 3 года назад это было актуально.)

Дело было так. Я купил лицензию на Microsoft Word. Официальную, чтобы пользоваться в личных целях. Скачал дистрибутив с рекомендованного ими сайта, ввёл ключ и стал использовать. Лицензия пожизненная. Но потом случилось несчастье, и компьютер перестал работать. Я купил новый, хотел и туда поставить этот самый Word. Захожу на сайт разработчика, чтобы пройти по ссылке и скачать дистрибутив — а его нет. Шарился по всему сайту — не нашёл.

Когда дозвонился до нужного специалиста (это невероятно сложно сделать! такая отвратительная внутренняя бюрократия, когда вас от одного специалиста пинают к другому неимоверное количество раз, не встречаются ни в одном, даже самом мерзком госоргане России), я таки спросил у него, где же можно взять тот злосчастный дистрибутив. Догадайтесь, что он ответил? «Не знаю». Кажется, даже предложил скачать какую-нибудь пиратскую версию. Нормально вообще?

Естественно, после всего описанного я ненавижу компанию Microsoft. Искренне желаю ей разориться: рынок не должен оставлять в живых корпорации, ведущие себя вот так. Это просто мерзкое позорище!..

Немного про docx

Следствием такого отношения к ним является то, что я стараюсь не пользоваться продуктами этой поганой конторы. Поэтому, например, использую OpenOffice. Это тот же MS Office, только бесплатный, кое в чём уступающий, но в чём-то и превосходящий оный. Самое главное отличие между ними в том, что нормальный продукт использует в качестве основного — OpenDocument Format (стандарт ISO / IEC 26300:2015), который свободно используется и в других программах и версия 1.0 которого, кстати, является стандартом и в России (см. ГОСТ Р ИСО/МЭК 26300-2010), а высер американского монополиста — формат Office Open Open XML, который, грубо говоря, больше никто и не использует.

Когда на каком-нибудь сайте для массового скачивания предлагается docx-документ, особенно если он не для чтения, а для последующей работы — владелец этого сайта тем самым показывает, что он ориентирован только на тех, кто пользуется MS Office’ом — а большинство таких людей используют его не осознанно, по собственному выбору (как я, когда приобретал лицензию на MS Word), а просто потому что вот. Потому что они не в курсе, что может быть что-то другое. Или в курсе, им по-конформистски лень с этим разбираться. На остальных ему (владельцу сайта) плевать.

2016   комильфо   мысли

Конституционная реформа

Вчера в книжном магазине «Капиталъ» (в Новосибирске) дискутировали на тему, вынесенную в заголовок. Я был в числе зрителей. Но мы тоже, конечно, участвовали: вопросы, реплики. Видеосъёмки не было. Но и не страшно: важнее не содержание разговора (почти нулевое, если честно), а сам тот факт, что он состоялся.

И вопрос-то не праздный. Конституция — главный закон России. В частности, именно там содержатся положения о наиболее важных правах и обязанностях людей. При этом этот закон далёк от совершенства.

Например, можно ли менять преамбулу к Конституции? Добавлять в неё новые главы (скажем, десятую)? По идее, на этот вопрос должна отвечать одна из статей, входящих в главу 9 этого акта. Должна, но не отвечает. Кстати, про Конституционное Собрание (которое, вообще-то говоря, уполномочено будет принимать новую конституцию!) сказано издевательски мало: кем оно созывается и основные полномочия. Может ли, например, быть так, что в его состав входят только те, кто занимал должность Президента Российской Федерации? Вполне. Или, например: только сотрудники полиции, отработавшие (или отслужившие — это же государственная служба) на территории Чеченской Республики не менее 5 лет. Идём дальше. Почему статьи, касающиеся прокуратуры, содержатся в той же главе, что и регулирующие деятельность судебной власти? (Глава 7. И ладно хоть сейчас она называется «Судебная власть и прокуратура». В исходном варианте были только первые два слова.) Или вот. В части 1 статьи 11 написано: «Государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное Собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации». Означает ли это, что та же прокуратура Российской Федерации или Счётная палата не осуществляют государственную власть? А что такое Центральная избирательная комиссия Российской Федерации? Следственный комитет Российской Федерации? В Конституции про них вообще ни слова. Означает ли это, что их создание не влечёт юридических последствий и можно вполне легально игнорировать их существование? Ну и так далее. Есть ещё более тонкие вопросы.

Но вопрос о реформе должен начинаться не с перечисления недостатков существующей Конституции, а немного с других тезисов. Они крайне важны в контексте именно этой темы. Давайте перейдём к ним.

Во-первых, демократия функционирует нормально, если есть несколько центров сил. Под центрами сил имеются в виду (если совсем-совсем грубо) те люди, которые могут сделать гадость другим людям (которые, в свою очередь, могут сделать гадость первым) — в идеале таким образом, что им за это ничего не будет. (На самом деле, сила может быть и «позитивной», то есть состоять в возможности предоставить или не предоставить некое благо. Но «негативная» всё-таки ярче.)

Например, работники могут устроить забастовку — тогда работодатель, чтобы не терять прибыль, вынужден будет пойти на уступки. А для систематической защиты прав и вовсе может быть создан профсоюз («первичная профсоюзная организация»), который опасен тем, что (1) заведомо более организован и при этом (2) может устроить забастовку, если что-то не так. По некоторым решениям работодателя профсоюз также обладает правом совещательного голоса, а по некоторым — правом решающего (то есть может наложить «вето»), и за соблюдением этого следят Трудинспекция, прокуратура и суды. (То есть просто игнорировать это не получится.) В свою очередь, работодатель тоже обладает некоторыми возможностями и правомочиями в отношении работников. И эта взаимная способность создавать друг другу неприятности вынуждает договариваться. А значит, учитывать интересы всех.

К слову, нечто подобное может встречаться в отношениях между двумя людьми. Вот, к примеру, замечательная Оксана Пашина поделилась своей историей из жизни:
«Яся на всю маршрутку: „А помнишь, как ты хотела взорвать дом?“
Я: „Что???“
Яся: „Ну да, ты ещё сказала, что одной бомбы будет мало, надо… четыре!“
Вся маршрутка на меня внимательно посмотрела. Яся радостно расхохоталась. И добавила: „А потом прилетел дракон, дохнул огнём и дом сгорел!“».

«Опасно, — сетует в конце Оксана, — иметь ребёнка с богатым воображением».

Модель «избиратели — избираемые» строится по похожему принципу. Главная сила первых — в их количестве (при условии обязательности проведения выборов). Тот, кто, будучи избранным, работает плохо, не будет выбран в следующий раз (а в симметричных демократиях и вовсе может быть досрочно отозван). Собственно, вот и всё. Других инструментов по существу нет. (Вооружённый захват власти мы не рассматриваем. Хотя не исключаю, что его угроза есть инструмент в том смысле, что власть опасается такой возможности.) Скажем, публичные мероприятия намекают на массовость, которая может проявиться на выборах (или, если мы предполагаем, что власть боится вооружённого переворота — в таком перевороте). Поэтому большинство из них проходит не бесполезно и хоть что-то хорошее в заявленной проблеме решается.

Во-вторых, ни один закон (и Конституция тоже) не работает сам по себе. Этим занимаются люди. Которые либо соблюдают его (по внутреннему ли убеждению, или же из страха наказания — порой это неважно), либо не соблюдают. Если выполнение закона связано с какими-то сложностями, а за невыполнение ничего плохого не случится (или если за выполнение будет ещё хуже, чем за невыполнение), то, скорее всего, он будет нарушаться. Это элементарная психология.

Например, убийство. Потому ли мы его не совершаем, что это запрещено Уголовным кодексом Российской Федерации? или всё-таки есть более глубокие и веские причины? Но при этом чем руководствуются водители, которые послушно стоят, пока горит красный сигнал светофора? Казалось бы, ну несколько метров, пешеходов нет, машин нет — что ты стоишь-то? Нет, Правила дорожного движения запрещают. Зато большинство организаций (а не все ли?) откровенно или не очень — но плюёт на законодательство в области персональных данных. Одна из причин в том, что соблюдать дорого, а за нарушение максимальный штраф — 10 тысяч рублей (а для индивидуальных предпринимателей — вообще 1 тысяча рублей).

Так вот и госслужащие ведут себя так же. Поэтому…

Чтобы Конституция «работала» (вне зависимости от того, в какой степени это имеет место сейчас), необходимо, чтобы отдельные люди и общество в целом:
1) хотели её соблюдения,
2) знали, какими способами они могут требовать этого, и
3) готовы были такие способы претворять в жизнь.

На мой взгляд, у нас проблемы с первым. Людям плевать на этот документ, потому что они не воспринимают его как нечто, имеющее отношение к ним. Горячая вода и трубы, по которым она течёт, доро́ги и цены в магазинах — они вот тут, под носом. А Конституция — она, кажется, где-то там, далеко.

Но Солнце, знаете ли, тоже в 150 000 000 (в ста пятидесяти миллионах!) километров от Земли. Однако днём оно всё время рядом с нами. А не будь его — возникла бы вообще жизнь на планете? Была бы она, планета?

Выражу ту же мысль менее образно. Абсолютно все нормативные акты, которые действуют сегодня в России, берут своё начало именно в Конституции. За исключением тех конституционных норм, которые в силу своей отвлечённости не могут быть применены к конкретному человеку, она работает идеально. Например, статья 81 гласит, что ни одно лицо не может занимать должность Президента Российской Федерации больше двух сроков подряд. С 1993 года — ни одного нарушения. А вот если нет… Например, статья 2: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства». Эта норма сегодня скорее «не работает». При этом, скажите, судья, вынося обвинительный приговор, или президент, подписывающий федеральный закон, в этот самый момент соблюдает эту обязанность или нет? а если да, то в какой части? Трудно сказать. Но означает ли это, что они освобождены от её исполнения? Ни в коем случае. И вот в этом-то месте и должен появиться гражданин, который (1) знает, что данная статья про него, и хочет, чтобы так и было (чтобы его права и свободы были высшей ценностью); (2) знает, как нужно потребовать выполнения этой нормы, и (3) требует. А его, такого гражданина, нет. Ну разве что в порядке исключения (должны же из каждого правила быть исключения).

Поэтому главная работа — её предстоит выполнять юристам и учителям, родителям и всем-всем-всем причастным: разъяснять. Не так, как сделал я в этом потоке сознания (как вы вообще досюда дочитали?), а наглядно показывать, что каждая статья Конституции имеет прямое отношение к тем самым ценам в магазине, качеству и стоимости коммунальных услуг, и так далее, и так далее, и так далее.

И только после этого, после того как мы научимся ценить Конституцию, уважать её, требовать соблюдения, мы должны осознать, чего в ней не хватает. А когда мы это осознаем, и имеет смысл возвращаться к вопросу о конституционной реформе.

Справедливость

Никто не знает, что это такое. Обмен мнениями по этому вопросу обычно сводится к простому озвучиванию тезисов: один утверждает, что такое-то поведение или отношение справедливо, а другой — что нет. При этом аргументировать свою точку зрения невозможно, потому что стороны спора не договорились о том, как именно они понимают этот термин. А без этого разговор не имеет смысла.

Предлагаю такую дефиницию.

Справедливость — это равенство возможностей в получении одинакового результата при совершении одинаковых действий; если эти действия не были совершены по причинам, не зависящим от деятеля — предоставление ему возможности совершить их, кроме случаев, когда срок их совершения влияет на содержание деятельности; если действия, направленные на реализацию прав деятеля, по причинам, от него не зависящим, не могут быть совершены так же, как их совершают остальные деятели — предоставление ему возможности совершить их, не испытывая неудобств, порождённых различием способов реализации этих прав, а если это невозможно — предоставление ему возможности совершить максимально похожие действия.

С таким определением уже можно работать. И говорить, что, например, используемый в российском законодательстве подход к установлению пенсионного возраста по общему правилу не вполне справедлив. То же можно сказать про подход в установлении нерабочих праздничных дней: среди светских событий там оказался один религиозный праздник. Однако если я исповедаю другую религию, работодатель не обязан отпускать меня в священный для меня день. Это несправедливо.

Ну и так далее.

2016   мысли   общество
Ранее Ctrl + ↓